Туристы поверили ChatGPT и поехали в Северную Македонию без виз: как нейросеть сорвала отпуск и чему это учит путешественников
Российский турист рассказал, как отпуск его семьи в Северной Македонии закончился, по сути, даже не начавшись. Причиной, по его словам, стал совет нейросети: мужчина полностью доверился ответу ChatGPT о визовом режиме и не стал перепроверять информацию по официальным каналам. В итоге семья так и не смогла попасть в страну.
Перед покупкой билетов путешественник задал, как ему казалось, предельно понятный и конкретный вопрос: нужна ли гражданам России виза для въезда в Северную Македонию. ChatGPT уверенно выдал ответ: «Нет, виза не требуется». Скриншот этого диалога мужчина позже показал в своем видео, подчеркнув, что именно на этой информации он и основывал все дальнейшие действия.
Вооружившись «подтверждением» от искусственного интеллекта, семья забронировала авиабилеты, отель и арендованный автомобиль. Маршрут был составлен с пересадкой в Стамбуле, откуда планировался вылет в Скопье. До аэропорта все шло гладко: никаких сомнений в корректности данных не возникало, ведь нейросеть говорила уверенно, без оговорок и предупреждений.
Поворот случился у стойки регистрации. Сотрудник авиакомпании попросил предъявить визы. Услышав, что туристы ориентировались на информацию из ChatGPT, он только развел руками: без виз он не имел права допустить их к посадке на рейс. Для авиаперевозчика существуют понятные и жесткие ориентиры — официальные требования государства назначения и внутренние регламенты, а не советы алгоритмов, каким бы «умным» он ни был.
В итоге семья осталась в Стамбуле с чемоданами, уже оплаченными билетами и бронями, которые нельзя было отменить без серьезных потерь. Часть средств сгорела, планы на отпуск рухнули. В своем ролике мужчина эмоционально описывает, как несколько минут у стойки регистрации перечеркнули недели подготовки и ожидания поездки. Его история стала наглядной иллюстрацией того, к чему приводит безоговорочное доверие нейросетям в вопросах с реальными юридическими и финансовыми последствиями.
Этот случай вновь обострил дискуссию: можно ли использовать ChatGPT и похожие системы как «последнюю инстанцию» при планировании путешествий, особенно когда речь о визах, разрешениях на въезд и миграционных требованиях. В туризме ошибка — это не просто неточность в тексте, а потерянные деньги, сорванные планы и выброшенное время.
Специалисты по ИИ подчеркивают: ChatGPT — не онлайн‑кодекс законов и не постоянно обновляемый справочник по визовому законодательству. Это продукт на основе большой языковой модели, которая не «знает» факты в человеческом смысле, а статистически предсказывает, какие слова и фразы вероятнее всего должны следовать друг за другом. Старший преподаватель кафедры «Кибернетика» НИЯУ МИФИ и гендиректор компании «А-Я эксперт» Роман Душкин объясняет: такие модели натренированы на гигантских массивах текстов и умеют формировать правдоподобные ответы, но не гарантируют их юридическую, актуальную и фактическую точность.
По сути, нейросеть стремится звучать убедительно, а не быть безошибочной. Она способна уверенно выдавать детальные, логичные, но при этом неверные ответы. В профессиональной среде это явление называют «галлюцинациями»: модель может уверенно «додумывать» несуществующие факты, опираться на устаревшие данные или механически смешивать разные источники, не отслеживая, что в действительности уже изменилось.
Чтобы понять, действительно ли ChatGPT мог выдать неправдивую информацию по Северной Македонии, журналисты позже задали ему схожий вопрос: «Нужна ли гражданам России виза для поездки в Скопье?». На этот раз нейросеть ответила иначе: сообщила, что виза россиянам необходима, а безвизовый режим был отменен в марте 2022 года. То есть в текущем диалоге ответ оказался корректным.
Это породило новый слой вопросов. Одни предположили, что блогер мог слегка приукрасить или сместить акценты ради привлечения внимания. Другие — что в какой‑то момент модель действительно давала ошибочную информацию, а затем была донастроена, обновлена или получила доступ к более свежим данным. Существует и третья версия: изначальный вопрос туриста мог отличаться по формулировке от того, который задали журналисты. Для языковой модели нюансы формулировки критичны — малейшее изменение может привести к другому ответу.
Скептики допускают и более радикальный сценарий — что часть истории могла быть выдумана или усилена ради охватов. Но даже если конкретный кейс окажется не совсем точным, это мало что меняет в сути проблемы. Случаи, когда люди попадают в неприятные ситуации, полагаясь на советы нейросетей в юридически значимых вопросах, действительно уже происходят и в других странах.
Так, в 2025 году широко обсуждался эпизод с парой туристов из Испании, планировавших отпуск в Пуэрто-Рико. Они утверждали, что уточняли у ChatGPT список необходимых документов для въезда и не получили отдельного предупреждения о том, что электронное разрешение нужно оформить заранее. Уже во время регистрации на рейс выяснилось, что без этого разрешения им нельзя садиться в самолет. Выезд был сорван прямо в аэропорту, а часть оплаченных услуг потеряла актуальность.
Подобные истории ясно показывают: искусственный интеллект сегодня может быть удобным помощником — подсказать идеи маршрута, рассказать об особенностях страны, напомнить о типичных документах. Но превращать его в единственный и окончательный источник правовой информации опасно. Нейросеть не несет ответственности за свои ответы, а последствия ошибок приходится разруливать пользователю.
Важно понимать и еще одну особенность: языковые модели не всегда помечают свои ограничение так явно, как это делают визовые центры или государственные сервисы. Формулировки вроде «насколько известно по состоянию на…» или «правила могут меняться» встречаются не всегда. В результате у человека создается иллюзия, что он получил «официальный» и окончательный ответ, хотя на деле это лишь статистически правдоподобная фраза на основе старых данных.
Для путешественников это означает необходимость выработать новый набор правил цифровой гигиены. Если вопрос касается виз, миграционных требований, правил провоза багажа, транзитных ограничений, сроков пребывания — информацию нужно обязательно сверять по нескольким независимым источникам, причем в идеале по тем, которые связаны с государственными органами или официальными операторами. Нейросеть при этом можно использовать как вспомогательный инструмент: она может, например, подсказать, на что именно обратить внимание и какие документы вообще существуют.
Еще один важный момент — время. Визовое и миграционное законодательство меняется особенно активно в условиях политической турбулентности. То, что было правдой год назад, сегодня может быть уже полностью отменено. Языковые модели, обученные на массиве текстов до определенной даты, часто не «видят» последних изменений и продолжают воспроизводить давно неактуальные правила, подавая их так же уверенно, как и актуальные.
Опыт туристов с Северной Македонией хорошо иллюстрирует психологическую ловушку. Когда мы видим связный, детализированный и грамотно написанный ответ, мозгу проще поверить ему как «авторитетному мнению», чем тратить время на перепроверку. Особенно если нейросеть подается как «умная» или «почти как человек». Это классический когнитивный эффект: люди склонны доверять уверенно звучащей информации, даже если не знают, на чем она основана.
Однако ответственность за проверку в итоге все равно лежит на самом путешественнике. Перед покупкой билетов и бронью отелей стоит составить мини-чеклист: нужна ли виза, требуется ли транзитное разрешение в странах пересадки, нет ли ограничений по загранпаспорту, существуют ли особые условия для детей или определенных категорий граждан. Нейросеть может помочь составить такой список вопросов, но ответы на них должны быть подтверждены из источников, имеющих юридическую силу.
Есть и позитивная сторона этой истории. Она стимулирует и разработчиков ИИ, и пользователей внимательнее относиться к критичным темам. Многим сервисам уже приходится вводить дополнительные предупреждения, указывать временные рамки знаний модели, акцентировать внимание на необходимости сверять юридически значимую информацию. Пользователям же становится понятнее, что ИИ — это инструмент, а не универсальный «цифровой юрист».
Путешествия традиционно связаны с риском: рейсы задерживаются, гостиницы переполняются, погода меняется. Появление ИИ не отменяет эти риски, а добавляет новый — риск ошибочного цифрового совета. Чтобы он не превратился в еще один источник потерь, к рекомендациям нейросетей стоит относиться как к подсказке, а не как к окончательному вердикту. Особенно там, где на кону целый отпуск.